Советский псих - самый нормальный в мире.

Ирония советской действительности: единственный сохраняющий рассудок в абсурдной системе объявляется сумасшедшим.

Прозрение в отделении №12

Это вырвалось как озарение, рожденное нашим советским бытом. Шумное застолье у друзей, привычный треск телевизора с партийными отчетами, разговоры, полные туманных намеков и показного энтузиазма. И мы все вокруг — такие адекватные, приспособившиеся к хаосу улыбались, с пеной у рта обсуждали планы и нормы, одобряли очередное мудрое решение где-то наверху. Словно жили в мире перевернутой логики, где реальность измерялась не фактами, а предписанным шаблоном. Тогда я понял жуткую закономерность: в этой реальности чем больше человек искренне верит декларируемым идеалам или наоборот, яростно не приемлет очевидное лицемерие, тем вероятнее ему пришьют клеймо невменяемого.

Неделю спустя, опаздывая на встречу, я случайно свернул во двор знаменитой «Психиатрии №12». У забора стоял человек, спокойно наблюдая, как новое руководство отчитывается перед телекамерами. Он не кричал, не размахивал руками. Он просто тихо сказал: «Мы не бастовали месяц за ваши дутые проценты». Его тут же, почти бережно, увели санитары. В его глазах не было безумия, только усталая ясность. И в тот момент фраза оформилась окончательно: «Советский псих — самый нормальный в мире». Там, за забором из колючей проволоки, часто сидел тот, кто сохранил способность просто видеть. Надежная защита системы действовала безотказно: маркируя трезвый взгляд как патологию, она успокаивала тех, кто оставался снаружи.»