Вечная духовная энергия человеческой любви
Я помню тот хмурый киевский вечер, когда в моей комнате при мерцающей свече Тарас Григорьевич, отложив перо, вдруг заговорил о детстве. Он рассказывал, как зимой шел за десять верст в школу, в дырявых сапогах, промерзая до костей. Однажды возле корчмы старый кобзарь, сам едва живой от холода, отдал ему свою единственную рогожу со словами: «Сынку, бери — твоей учебе нужнее». Шевченко замолчал, а потом произнес, как откровение: «Що заміряв я тоді? Ту безодню, де людське тепло живе. Хто согрет любовью к людям — Той не остынет вечно!» В этих словах стояли вся его боль ссылки и мудрость — что внешний холод бессилен перед внутренним огнем того, кто несет в груди сострадание. Это была не поэтическая метафора, а плотницки точное знание о природе души: любовь к людям превращает сердце в неугасимый очаг.