Все давно сказано, и мы опоздали родиться, ибо уже более семи тысяч лет на земле живут и мыслят люди. Урожай самых мудрых и прекрасных наблюдений над человеческими нравами снят, и нам остается лишь подбирать колосья, оставленные древними философами и мудрецами.

Исчерпанность человеческой мысли и вторичность современного творчества

Груз тысячелетней мудрости

Я сидел в полумраке кабинета, перелистывая свиток Марка Аврелия, когда меня накрыло волной болезненного прозрения. За окном XVII век — эпоха расцвета науки, но древние тексты раскрывали передо мной все те же истины о страстях и добродетелях. Я вдруг ясно ощутил себя опоздавшим путником: величайшие мыслители уже описали всю палитру человеческих чувств — от любви до предательства. Греки метались между фатумом и свободой, римляне слагали гимны стоицизму, восточные мудрецы проникли в тайны души. Нам же, родившимся на исходе семи тысячелетий, оставалось только смиренно ходить по вспаханному полю, подбирая забытые колоски.

Это озарение заставило меня вглядеться в светские салоны Парижа. Я видел, как современники тщетно пытаются изобрести новое, не замечая, что их блестящие афоризмы — лишь перелицованная мудрость Сократа или Сенеки. Тогда родился этот горько-восторженный возглас: мы слишком запоздалые гости на пиру мысли, но в сборе забытых колосьев — наша священная обязанность перед будущим.