Слово ранит быстрее, чем лечит.

Разрушительная и исцеляющая сила слова

Как падение листа родило вечную истину

Помню тот хмурый октябрь в Веймаре, когда наблюдал в саду каштановое дерево, сбрасывающее последние листья. Вдруг раздался гневный крик — местный аптекарь обвинял мальчишку в краже яблок. Одно лишь злое слово «вор!» пронзило воздух, и я увидел, как дрогнули плечи ребенка. Пятнадцать минут спустя аптекарь, выяснив ошибку, пытался загладить вину, но дрожь губ мальчика не унималась. Это контраст поразил меня: секунда понадобилась слову, чтобы ранить душу, и целая вечность — чтобы слова утешения лишь слегка коснулись раны. Как и капли дождя скользят по каменной скале, легко разящей, требующей веков на сглаживание шрамов. В ту ночь, глядя на потухшие угли в камине, я понял: человек забывает машинальность речи, не осознавая, что связки звуков могут рубить подобно мечу или создавать миры. Но разрушение — мгновенно, а созидание — труд часов». Именно тогда в дневнике появилась эта строка, словно выжженная осознанием.