Моя слава росла с каждой моей неудачей.

Парадоксальный рост известности через неудачи

Как провалы стали моей лестницей к славе

Помню, как в начале карьеры каждая новая пьеса встречалась свистом галерки да разгромными рецензиями. Критики клеймили мои работы как "бездарные" и "противоречащие здравому смыслу". Но странное дело: чем громче шикали в театре, тем больше любопытных стремилось на спектакли. Однажды после особо оглушительного провала ко мне подошел издатель: «Ваш талант оскорблять общественные вкусы поистине гениален!» Тогда и осенило: мои неудачи не разрушали репутацию, а лепили образ бунтаря, бросающего вызов условностям. Каждая освистанная пьеса делала меня заметнее, превращая скандал в триумф нонконформизма — публика обожала ненавидеть меня вслух. Так рождался парадокс: именно поражения зажгли мое имя на афишах Лондона.