Произнесенное метко, все равно что писанное, не вырубливается топором.

Сила и непреложность метко сказанного слова

Рожденное из огненного накала мысли

Помню, как это осенило меня во время одного из тех сокрушительных споров на петербургском вечере. Оратор, витийствуя, произнес что-то пышное, но натужное — слова скользнули по слушателям, как вода по стеклу. Затем встал другой, вовсе незначительный на вид человек. Ему дали слово из вежливости. Он промолвил лишь одну короткую фразу, кристально чистую, брошенную точно в цель. Она будто ножом прорезала суетные разговоры, повисла в воздухе и — впилась в сознание каждого. Наступила ошеломленная тишина. Я видел это на озаренных лицах, в резком движении бросивших играть в карты. Казалось, сам воздух звенел от силы произнесенного. В ту ночь понял я, как смерч масштаба одной мысли, выбивающую из колеи привычного, невыразимо цельной фразой. Какое топор может уничтожить вспышку молнии, посеянное ею семя? Так поселилось во мне бурей уверенности: произнесенное с толком, с огнем в горле и точностью в уме слово, посеянное в души, неподвластно огню и железу. Его живое пламя высекает искру в памяти поколений — и никаким топором эту вспышку правды не зарубишь.