Мы не знаем, как поступить с нашей коротенькой жизнью, но все-таки желаем жить вечно.

Парадокс человеческого стремления к вечности при неумении распорядиться краткостью жизни

Откровение под липами Люксембургского сада

В тот день я сидел под старыми липами в Люксембургском саду, наблюдая как дети пускают кораблики в фонтане. Подсевший ко мне старик-садовник со вздохом сказал: «Столько лет поливаю эти розы, а посадить новые сорта мечтал — теперь уже поздно, сил не хватит». Я кивнул, наблюдая как солнечный луч скользит по его морщинистым рукам. Именно тогда меня осенило: человек — единственное существо, мучительно осознающее свою временность, но горой вставшее за идею вечности. Мы тратим годы на работу, что ненавидим, откладываем мечты «на потом», судорожно цепляемся за призраки молодости — и при этом страстно молимся о бесконечном продлении этого бегства от самих себя. Парадокс в том, что сама ограниченность часов пробуждает неистовую тягу к бессмертию, словно камешек в оправе кажется драгоценней слитка.

Возвращаясь через лабиринт аллей, я заметил студентов, спорящих у памятника Флоберу о тщетности любой деятельности перед лицом вечности. Хохот раздался в толпе: «Так выпьем же за нашу прекрасную бессмысленность!» В этом смехе звучало всё — и страх, и желание бросить вызов небытию. В этот миг кристаллизовалась мысль: мы гениально изобрели два самообмана — тактичное незнание как жить сегодня и наполненное трепетом ожидание бесконечного завтра.