Контраст внутреннего состояния благородного и низкого человека
Я шел через шумный рыночный квартал Цюйфу, когда мой взгляд упал на двух знакомых. Первым был ученик Цзы-Лу, сидевший под платаном с видом глубочайшего покоя — он медитировал среди хаоса криков торговцев и грохота повозок, будто находился в горной обители. Тем временем мимо метнулся меняла Лян, которого я знал как человека алчного: лоб его был испещрен морщинами, руки лихорадочно перебирали монеты, а глаза бегали, словно загнанного зверя. Внезапный ливень заставил толпу разбежаться, но Цзы-Лу лишь мягко улыбнулся каплям, а Лян в отчаянии прикрывал голову свитками, рыдая о промокшем товаре. Тогда-то мне явилась вечная истина: благородный муж черпает безмятежность из чистоты помыслов и согласия с миром, а низкого вечно терзают страхи, ибо душа его скована жадностью ничтожных желаний.