Женщина, никого не любящая, ни в ком не может вызвать ревности.

Взаимосвязь любви и ревности.

История одной кастильской беседы

Представьте ветреный кастильский вечер где-то на исходе XVI века, возможно, в задымленной таверне или под сенью древнего дуба. Жаркий спор разгорелся среди нас, купцов и мелких дворян, о коварстве женских сердец и муках ревности, знакомой каждому из присутствовавших. Один из нас, чье лицо избороздили морщины и невзгоды, страстно жаловался на измену возлюбленной, терзаемый жгучими подозрениями. Его слова подливали масла в огонь, разжигая всеобщее возмущение и взволнованные воспоминания о своих обидах. Вот тогда возле очага тихо поднялся человек со спокойными, проницательными глазами – тот самый высокий философ с окрестных холмов, что иногда заходил к нам. После небольшой паузы, в которой чувствовалась вся тяжесть пережитых бурь, он произнес: «Женщина, никого не любящая, ни в ком не может вызвать ревности». Эта фраза, простая и неоспоримая, как закон природы, повисла в воздухе. Она мгновенно погасила пыл спора. Мы вдруг осознали горькую, но неустранимую истину: ревность – это порождение пламени истинной любви или обманутой надежды на нее, но где царит лишь ледяная пустота равнодушия, тщетно ждать хоть искры этой мучительной страсти. Его слова, как приговор, заставили умолкнуть даже самого отчаянного спорщика, неумолимо указывая на то, что незримо связывает огонь чувства и боль утраты или обмана.