Безграничность научного познания
Помню тот вечер в Петербургском университете, когда Дмитрий Иванович, отложив свои таблицы, вдруг заговорил о природе научных открытий. Работая над периодической системой, он обнаружил пустые клетки для неведомых элементов — и это натолкнуло его на мысль о принципиальной непредсказуемости научных горизонтов. «Как можно предвидеть границы познания, — заметил он, поправляя очки, — если каждое новое знание, словно фонарь в темноте, освещает путь к ещё большим загадкам?»
Его лицо озарилось внутренним светом, когда он объяснял: сам процесс научного поиска безостановочно расширяет области неизвестного, подобно вселенной. Ведь открыв закономерность, мы видим новые аномалии; решив проблему — сталкиваемся с более глубокими вопросами. Предсказание же будущих открытий становится невозможным именно потому, что они радикально меняют саму систему координат познания. Эти слова родились не как абстрактная теория, а как итог его борьбы с химической неопределённостью, озарившей мир бесконечностью путей.