Сатира - такое зеркало, в котором зритель видит любое лицо, кроме собственного.

Психология восприятия критики и человеческая слепота к собственным недостаткам

Рождение зеркала, которое льстит нам

Когда я создавал «Путешествия Гулливера», ко мне часто приходили знакомые восхищённо обсуждать персонажей: «Прекрасно высмеял тупость придворных! Как узнаваемы эти министры!» Однажды после такого визита я понял закономерность — никто не говорил: «Этот пройдоха напоминает меня». Наблюдая за публикой в театре на постановках моих пьес, я видел, как люди покатывались со смеху, тыча пальцем в соседей при едких репликах. Вечером же в дневнике родилась мысль: сатира работает как кривое зеркало, где все охотно разглядывают уродство других. Мы так боимся увидеть своё отражение, что ум подсознательно вычёркивает нас из этой правдивой картины — ведь куда легче смеяться над чужими пороками.

Позже в письме к Болингброку я развил эту идею: «Представь зеркало на площади — каждый останавливается, чтобы разглядеть знакомых, но редко замечает собственную рожу». Отличие настоящей искусства от льстивого портрета именно в этом: оно обличает систему, но человеческое тщеславие мгновенно разворачивает критику вовне. Мой афоризм родился из любопытной человеческой слабости — мы охотно соглашаемся с сатирой, пока она указывает на других.