Критика поверхностной образованности и имитации интеллектуальности без собственных мыслей
Сижу в московском литературном салоне 1880-х, наблюдаю блестящую публику. Дамы цитируют Гегеля между сплетнями, чиновники размахивают «последними идеями из Берлина», студенты свято верят, что пересказ брошюр французских социалистов — признак глубокого ума. Но когда в дискуссии спрашиваю: «А какой выход для России видите вы сами?» — в ответ лишь растерянное молчание сменяется новыми цитатами. Эти господа не мыслят — а лишь переставляют чужие идеи, как мебель в чужой квартире. Их образованность — витрина с сувенирами заграничной мысли: эклектично, без системы, без осознания сути. Я почти физически чувствую тяжесть накопленных ими духовных отбросов — оторванных от почвы знаний. Они гордо именуют себя элитой, не понимая, что истинное просвещение начинается с мучительного рождения собственной мысли. Вот тогда из горького осадка наблюдений родилась эта фраза: диагноз всей эпохе.