Когда стареешь, чаще думаешь о своей молодости.

Ностальгия и возрастная рефлексия

Искра воспоминания у каминного ковра

Я сидел в своем парижском кабинете, наблюдая, как сумерки затягивают бульвар своими серыми шелками. За окном спешила молодежь – их смех звенел, как разбитый хрусталь. Я потянулся к рукописи «Графа Монте-Кристо», но пальцы не слушались. Вместо чернильных строк передо мной вставали Альпы лета 20-го года – я верхом на коне, ветер рвет шляпу, и чувство будто весь мир у меня в кармане. Грусть накрыла сладкой волной: тогда кости не ныли от сырости, а Директория казалась вечностью. Какой сценарий порочнее: болеть воспоминаниями или страдать их отсутствием? Я позвонил в колокольчик лакею: «Принеси бургундского, старика». Ко мне в сознание ясно пришло – трепет юности необходим, как воздух. Лишь утратив его, понимаешь эту цену. Вот тогда и родилась фраза: простое откровение о зеркале времени, отражающем только былую силу.

Назавтра я вписал эти строки в дневник мягким карандашом. Ведь старение – не убыток, а приобретение: кинотеатр памяти показывает фильмы, о которых сам не подозревал. Молодой Дюма метил в будущее, старый – благодарен прошлому. Стоило пережить парижские бунты, русские морозы, американские степи, чтобы признать: самые острые гвозди твоей жизни были выкованы в кузнице юности. Это не стенание – священное признание жизни, которое францисканский монах однажды назвал бы радостной меланхолией.