Ничто не поражает так глубоко, ничто так не разрушает, как «безличный долг», как жертва молоху абстракции.

Критика отчуждённого долга и разрушительной силы абстракций

Рождение прозрения: как Ницше увидел гибель в долге без лица

Шагая по обочине дороги под Турином тем сентябрём 1887 года, я наблюдал процессию солдат. Их лица были каменными масками, движения лишёнными воли — чистое воплощение слепого повиновения. Внезапно меня пронзила мысль о смехотворном ужасе: люди называют такой автоматизм «долгом», но это лишь молох абстракции, пожирающий души. Вспомнились ремесленники, убивающие искусство ради формальных норм, учёные, гноящие открытия в пыльных догмах, все эти «я должен» без капли «я есть». Именно тогда пришло откровение: страшнее любого монстра — безликая обязанность, вытравляющая человека из человека. На разорванном конверте я вывел слова, рождённые болью за цивилизацию, превращающую живых в тени обязанностей.