Каждый испытывает потребность быть любимым, это поднимает его в собственных глазах; но людей нужно любить по-разному: одного с бесконечной снисходительностью, другого - с неослабной строгостью.

Индивидуальный подход в проявлении любви

Как родилась мысль о двух видах любви

Сидя на веранде нашего ноантского имения, я наблюдала за сыновьями: Морис, мой нежный мечтатель, с восторгом показывал акварели, а Соланж с упрямым блеском в глазах оттачивала прыжки через барьер. Именно тогда ко мне пришло прозрение. Я вспомнила, как вчера журила Мориса за небрежность в учебе — его глаза моментально наполнились слезами, и я почувствовала себя варваром. Зато Соланж лишь презрительно фыркнула на ласковые уговоры закончить уроки, потребовав чётких указаний. Внезапно меня осенило: любовь подобна солнечному свету — для одних она должна быть мягким рассветом, для других — жарким полднем. Снисходительность не слабость, а строгость не жестокость, когда они соответствуют природе души.

Позже, обсуждая это с Шопеном, я сравнила любовь с садоводческим искусством: «Разве станешь ты поливать кактус и орхидею одинаково?» — спросила я. Его задумчивая улыбка подтвердила мою догадку. Мы усиливаем свет в человеке, когда признаём его суть: хрупким созданиям нужна бесконечная бережность, а сильным натурам — вызов, закаляющий волю. Так рождается подлинное уважение, возвышающее душу.