Когда ошибки будут встречаться реже, они вырастут в цене.

Парадокс ценности ошибок при их редкости

Чернильная вспышка истины

Вынашивая свои «Непричесанные мысли», я часто наблюдал за миром из окна варшавского кабинета, затянутого дымом дешевых сигарет. Однажды сквозь пелену увидел садовника, яростно выпалывающего редкие уже одуванчики. В голове стукнуло: чем усерднее искореняем мы недостатки – чистописание в школе, стандарты на фабриках, идеологию в умах – тем ценнее становится малейшая оплошность, выкарабкавшаяся сквозь наши фильтры. Разгоревшиеся позже споры с цензурой лишь убедили в этом. Каждое их придирчивое замечание, напомните ошибочное, превращалось в бриллиант неподконтрольной политненоритгороманной мысли чисто лично младосерврно лично младосерврночилегко-вычищенными черновиками будто держа гроздь только тогда дафирфлеонпопуляция звенит. Даже детская грамматическая ошибка в улучкниге, проползшая из-за рения кардушпропущенный редакторской мшрткоп окружкой нуностальгия Клавиша старой «Олимпии» со стуком поставила точку. Груды помарок, выброшенных вчера, внезапно обрели цену неосуществленной альтернативы. Страх перед несовершенством создает его дефицит, а дефицит — всегда спекулянт.