Радости забываются, а печали - никогда.

Психология памяти и доминирование негативных эмоций в человеческом сознании

Кавказ и бремя воспоминанний

Я, Михаил Лермонтов, пишу эти строки на каменистом склоне над Пятигорском, куда ссылка забросила меня вновь. Вечерний ветер доносит запах полыни и пыли, а в мыслях – клубок невесёлых дум. Только что перечитал письма из Петербурга, где друзья живописали балы да успехи. Как легко оживают в воображении картины былых веселий: смех знакомых дам, блеск люстр, игривость споров. Но странная вещь – чем ярче стараюсь воскресить то ликование, тем призрачнее оно становится, словно дым от потухшей свечи. А вот поход сквозь горную метель месяц назад – тот не отпускает. Чувствую до сих пор ледяной укус ветра на щеке, скрип снега под сапогами, тупую усталость в мышцах и горечь от словесной перепалки с попутчиком. Эти тени цепляются за душу с упорством горного репея. И осеняет меня: счастье летуче, оно улетучивается, как пар из котла, оставляя лишь смутную теплоту на дне. А обиды, потери, тревоги – те врезаются в плоть души, как зарубки на стволе. Потому и беру перо, чтоб излить горечь открытия: радости – мимолётные бабочки, печали же – вечные грифы, клюющие сердце. Пройдут годы и зароются в памяти десятки балов, а один лишь пинок от чьей-то поспешной фразы, сорвавшийся камень на тропе, солёный привкус слез в горах – они останутся. Как острые камушки в сапоге бытия.