Крушение всех надежд человека приятно и его друзьям и недругам.

Скрытое удовольствие от чужих неудач

Нежданная правда при Французском дворе

В душном бальном зале Версаля, наблюдая за разворачивающейся драмой, я внезапно узрел удивительный парадокс человеческого сердца. Молодой маркиз, чьи грандиозные планы брака с фавориткой короля только что рассыпались в прах, стоял униженный, а вокруг — тишина, нарушаемая лишь шепотом. И тогда я заметил: легкая, едва уловимая улыбка тронула губы не только его явного соперника, ликующего в углу, но и его самого близкого друга. Этот друг тут же подбежал выразить соболезнования, обнял, но в глазах его блестело странное облегчение — будто тяжесть соперничества, пусть даже невысказанного, внезапно снялась.

Позже, в кабинете, размышляя над сценой, я осознал ее глубинный смысл. Крушение надежд одного человека действует как оголенный нерв. Оно приносит врагам сладость триумфа, подтверждение собственного превосходства. Но что куда страшнее — оно приносит тайное удовлетворение и друзьям. Ибо даже самая крепкая дружба отягощена подсознательным сравнением. Падение другого, особенно ближнего, пусть на миг, возвышает нас в собственных глазах, избавляя от гнета успехов и амбиций товарища, которыми невольно меряешься. Сим коварным законом психологии и был порожден мой афоризм: неудача одного есть тайная пиррова победа всех вокруг.