Противоречие человеческой натуры: взаимосвязь характера и жизненных испытаний
Я помню тот вечер в дымчатом московском трактире, где всё и случилось. У стойки бушевала компания кузнецов — их смех грохотал, как молот по наковальне, а пенные брызги кваса летели на потёртый пол. Они легко сбрасывали с плеч тяготы дня, будто стряхивая пыль. А в углу, умирая от стыда, пряталась девушка-модистка: её жених только что публично разорвал письмо, и каждую её слезинку было видно сквозь тусклый свет фонарей. Вдруг меня осенило: мир жестоко справедлив. Те, чьи души обросли броней, получают простые радости — им неведома цена хрупкости. А те, чьи сердца открыты ветру, обречены быть губкой для мировой печали. Так из контраста латунного смеха и шёпота слёз родилась эта строка — эпитафия всем нежным душам, что несут крест чувствительности.