Иные люди взбираются до высокого положения в жизни как трубочисты, проползши через темные, удушливые и грязные каналы и сплошь покрывшись копотью и сажей.

Достижение высокого положения ценой моральных компромиссов

Рождение метафоры среди веймарских каминов

Когда я в последний раз наблюдал за трубочистами муниципалитета, их работа показалась мне зловещим аллегорическим спектаклем. Они исчезали в тесных туннелях кирпичных труб, чтобы спустя часы появиться измарганными, с лицами, почерневшими до неузнаваемости. Позже в салоне герцогини Анны Амалии, глядя на лукавые улыбки придворных карьеристов, я вдруг увидел ту же копоть — только не на щеках, а в их душах. Один рассказывал, как погубил репутацию конкурента ложными слухами, другой хвастался сделкой с купцами-мошенниками. Каждый будто прошептал: Я вскарабкался так же — через тёмные дымоходы интриг и удушье предательства, а теперь лишь свечной блеск орденов скрывает мою сажу.

Эти пропитанные дымом знатные господа стали для меня живыми иллюстрациями куда более страшного явления. Трубочист стирает сажу водой и мылом, но моральная грязь въедается навечно. Мне вспомнились молодые люди с честными глазами, когда-то клявшиеся в благородных принципах, а ныне заполняющие судейские и министерские кресла. Иных из них не узнать — не в физическом смысле, а в том, как легко они предают прежние идеалы ради каждого шага по социальной лестнице. Их метаморфоза страшнее грима трубочиста, ведь это убийство собственной души ради поднебесных чертогов власти.