Мы тщимся схватить в себе то, что остается неподвластным словам, но схватываем лишь самих себя.

Тщетность попытки выразить невыразимое и неизбежность саморефлексии

Тень на стене пещеры слов

Это случилось в Париже 1930-х — я писал ночью, ощущая тревожную опустошённость после мистического переживания. Казалось, прикоснулся к чему-то запредельному за гранью бытия, но все попытки описать это выливались в плоские метафоры. Чернила расползались по бумаге как пятна, а суть ускользала. Чем яростнее я пытался определить «это» — бездонное переживание священного ужаса — тем явственнее проступала невозможность найти точные слова.

И тогда озарение: когда тщимся запереть в словесную клетку то, что принципиально неуловимо, ловушка захлопывается на нас самих. Попытка выразить невыразимое превращается в исследование собственного мышления — подобно ребенку, пытающемуся поймать тень от факела на стене пещеры. Так понималось самое болезненное: наши самые возвышенные порывы всегда заканчиваются перед зеркалом языка, отражая лишь очертания нашего существа.