Противопоставление абстрактной идеи любви и ее реального воплощения в повседневной жизни
Сидел я однажды в алжирском кафе, наблюдая за парой. Их спор о 'настоящей любви' напомнил мне бесконечные дискуссии парижских интеллектуалов: столько совершенных слов о чувствах и ноль — о совместных завтраках, оплате счетов или тихом вечере с книгой, когда каждый читает своё. Тут и прозрел. Чистая любовь, о которой они так красиво твердили, похожа на музейный экспонат — безупречна, но мертва. Она лишь указывает на то, чего нет: на абстрактный идеал, в который нужно слепо верить, словно в религию.
Позже, смотря на Марсель, мою жену, за ужином среди разбросанных рукописей, я понял глубже. Наша любовь жива грохотом кастрюль, просчетами в семейном бюджете, утомительными поездками в метро и этими вечными 'договоримся потом'. В ней нет кристальной чистоты, зато есть тепло остывающего кофе в шесть утра и договорённости, превращающие быт в территорию не идеала, но жизни. Чистая любовь мертва — она не терпит реальности, хочет вечно парить, отсылая к чему-то 'иному'. А живая — вся в 'здесь и сейчас', с его компромиссами и чашками в раковине.