Социальная функция проституции
Было сырое парижское утро, когда ко мне в кабинет в Тюильри ворвался министр полиции с докладом об очередном нападении на горожанку. Я отложил карту Австрийского фронта и резко обернулся: «Опять? Сколько можно терпеть эту животную распущенность!» В те годы город кишел демобилизованными солдатами, чья нерастраченная агрессия искала выхода. Именно тогда меня осенила мысль, которую позже назовут циничной: легализованные публичные дома — не просто пережиток, а социальный клапан для выпуска пара. Без них мы получим хаос, где любая дама станет мишенью для неконтролируемых инстинктов.
Позже, на приеме у Жозефины, я развил эту идею перед возмущенными дамами: «Хотите гулять по бульварам без страха? Тогда признайте — эти несчастные берут удар на себя». Мои слова вызвали скандал, но я стоял на своем: цивилизация строится на компромиссах. Разве крепости защищают только добродетельные? Иногда нужны и сточные канавы, отводящие потоки грязи от чистых кварталов. Хотя в глубине души я мечтал о мире, где просвещение устранит саму потребность в таком жутком регуляторе.