Прогресс и целесообразность по самой сути своей - это лишь средства для достижения блага.

Прогресс и целесообразность как инструменты для достижения высшего блага

Вечерний разговор в лондонском трактире

Туманным вечером 1909 года, сидя с курительной трубкой в уголке «Паба Поэтов», я наблюдал жаркий спор двух джентльменов. Первый — инженер поездов — страстно доказывал, что новая железная дорога в Йоркшир станет вехой прогресса. Его оппонент, священник, взволнованно спросил: «А принесет ли она хоть одну голодную семью ближе к хлебному складу?» В этот момент меня осенило. Восхищаясь целесообразностью изогнутых рельсов и скоростных локомотивов, люди часто забывают, что прогресс — не хвалебный гимн машинам, а инструмент для гармонизации жизни. Слова текли сами: «Прогресс и целеобразность по самой сути своей — это лишь средства...» Мы потеряли нить — воспевая средство, мы обращаем его в самоцель, подобно племени, поклоняющемуся молотку вместо того, чтобы построить дом.

* * *

Мои собеседники замолчали. Инженер вдруг понял, что проектирует дороги не для рекордов, а чтобы бабушка из деревни могла обнять внуков в городе. Истина проста: любое достижение — хоть паровая машина, хоть философский трактат — становится тенью без света человеческого блага. Прогресс либо служит смягчению страданий, теплу в очагах и смеху детей, либо предает свою сущность. Но трактирные споры полезны — они напоминают нам о компасе в мире пара и электричества.