Адаптация к жизненным трудностям как неизбежная альтернатива.
Стоял лютый новогодний вечер, снег забивал все щели в нашем прокуренном кулуарчике за сценой театра. Я дрожал от сквозняков и наблюдал за Вовкой, измученным буфетчиком, который три дня жил тут из-за заносов. Он ворчал на вечную стужу, недостаток горячей воды, засидевшихся артистов. Вдруг тихо шепнул себе под нос что-то исполненное странной ясности. Эту фразу я услышал так четко, будто она гвоздями вогналась в мое сознание. «Что наша жизнь, — как будто ухмыльнулся он, глядя в запредельный холод за окном, — не привыкнешь – подохнешь, не подохнешь – привыкнешь». Эта фраза родилась из быта: закулисье, бесконечные неудобства гастролей, коммуналки тех лет. Я лишь причесал ее, придав универсальности. Но суть осталась — гениальный абсурдный рецепт жизни. Потому что все наблюдения сводятся к этому: уткнувшись лбом в обстоятельства крепче стали, человек либо лбы щиткам дает и гибнет, либо обретает тайный дар расти из любой мерзости. Эта железяка, эту смесь юмора с жестокой мудростью безысходности я щедро ввернул в альбомчик, и, как видать, в точку — слишком многим нутром она отозвалась.