Личность должна быть приносима в жертву идее; та жизнь, которая осуществляет это, есть единственно истинная и справедливая жизнь, и, следовательно, с точки зрения истины и подлинной действительности индивидуум вовсе не существует, ибо не должен иметь никакого значения и должен погибнуть, и, напротив, существует единственно род, ибо последний должен быть рассматриваем как единственно существующий. Личная жизнь должна быть посвящаема идее, личное существование само по себе и по истине есть ничто, ибо от него должно отречься, напротив, жизнь только в идее, ибо только такую жизнь должно утверждать и осуществлять.

Приоритет высшей идеи над индивидуальным существованием

Откровение в йенском кабинете

Помню, как в 1794 году, готовясь к лекции о назначении человека, я размышлял над хаосом эгоистичных устремлений вокруг. За окном бушевала революционная Франция, а передо мной лежали письма студентов, жаждущих личного успеха. Вдруг меня осенило: эта всеобщая разобщенность - следствие культа индивидуализма! Настоящая истина рождается лишь там, где человек растворяется в высшей цели как капля в океане. Я вдруг ясно увидел: нашей нации нужна не свобода для себя, а свобода через жертву. Только отдав личное бытие идее немецкого возрождения, люди обретут бессмертие в роде. Эта мысль ударила как молния - так родился принцип, перевернувший всю мою философию.

Позже, записывая эти строки, я чувствовал дрожь прозрения. Ведь именно так жили герои древности: их земные тела исчезали, но дела становились кирпичами в здании человечества. Кто сегодня помнит тысячу средневековых ремесленников? Зато все знают готические соборы - воплощенную идею веры. Жертвуя минутным, мы обретаем вечность. Вот почему в тот вечер я навсегда похоронил иллюзию самодостаточного «я» во имя торжества Абсолюта.