Презрение к подхалимству и моральной продажности
Я, Анвари, наблюдал это бесчисленное количество раз: в пышных залах шахского двора творятся самые низкие дела. Однажды ко мне подкрался один из придворных льстецов, чья улыбка была слаще меда, а глаза – холоднее стали. Он шептал султану лесть, обвиваясь вокруг него, как змея, а за спиной продавал его секреты врагам за полновесные динары. Когда же этот лизоблюд погубил невинного юношу, оклеветав его ради милости, во мне вскипела давняя горечь. Не выдержав лицемерия, я схватил тростниковое перо и вывел на свитке: <<Лизоблюдов продажных не считай за людей>>. Эти слова – не просто злость. Это крик души, измученной зрелищем того, как раболепие и жадность вытравляют из человека все человеческое, оставляя лишь оболочку для торговли собственной совестью.
В тот час я понял: пока существуют те, кто готов продать честь за блеск золота или ласку власть имущих, мир будет слабеть. Моя строка – щит для честных сердец и меч против рабской души. Пусть все помнят: лишь тот, кто не предает правду ради выгоды, достоин именоваться человеком.