Весьма плоха та политика, которая переделывает законами то, что надлежит переменять обычаями.

Ограниченность законодательных методов в изменении общественных укладов

Рождение императорской мудрости

Силясь упорядочить управление империей, я созвала совет для обсуждения нового устава о крестьянских повинностях. Но когда министры предложили механически перенести прусские нормы на русские земли, мороз пробежал по коже. Помнились бунты после подобных попыток Петра I ломать быт указом. Тогда я прервала заседание и повелела гонцам доставить сведения из глубинки. Возвратившиеся донесли: там, где власти уважали местные обычаи, хозяйства процветали; где насаждали чуждые законы — царили нищета и озлобление.

Гуляя вечером по Летнему саду, я размышляла о тщетности принудительных преобразований. Разве можно указом научить земледельца новой агротехнике или запретом — изменить семейные устои? Истинные перемены зреют исподволь, как почки на деревьях весной. Вернувшись в кабинет, я занесла в дневник: «Весьма плоха та политика, которая переделывает законами то, что надлежит переменять обычаями». Это стала не просто фраза, а стержень моей политики просвещенного консерватизма.