Человек расширил свою власть надо всем, кроме самого себя.

Дисбаланс между внешней властью человека и внутренним самоконтролем

Тени вечернего откровения

Мой кабинет в резиденции премьер-министра тонул в сумерках, когда я вновь просматривал сводки с фронтов Второй мировой. Победные реляции о танках, авиации и морских конвоях словно кричали о триумфе человеческого гения. Мафорые армии, укрощенные океаны, атомная энергия — мы перекраивали мир по своему усмотрению. Но именно в этот миг мой взгляд упал на стакан с коньяком и сигару в дрожащих пальцах, и горькая усмешка тронула губы. Вот он, вековечный позор: я командовал целыми народами, но был бессилен перед собственным аппетитом к табаку и хорошему арманьяку. Прилив гнева на самого себя заглушал внешние победы.

Соло ваты французского часа аль страницах дневника падало истинное откровение. Мы летали птицами, плавали рыбами, расщепляли ядра, но что толку не решен извечный вопрос: кто же я? Под утро, наблюдая как лавины ракетных чертежей соседствовали с пустыми флаконами от лекарств от моего давления, родилась фраза — квинтэссенция тысячелетнего проклятья рода людского. Человек стал повелителем атома, но господином самому себе так и не сделался. И это, возможно, печальнейшее оружие в нашей истории.