Читать поэзию в переводе - все равно что целовать женщину через вуаль.
Несовершенство перевода поэзии
Рождение метафоры: вуаль между языками
Помню, как в дымном лондонском литературном клубе 1890-х наблюдал дискуссию о переводах персидского поэта Хафиза. Один учёный, гордый своей работой, читал английские строки, но лица слушателей оставались каменными. Вдруг меня осенило: чтение поэзии в переводе - это как попытка поцеловать богиню через сотканный из шёлка покров. Ты улавливаешь очертания губ и смутное тепло, но ускользает трепет кожи, аромат дыхания, мгновенное напряжение души. Я произнёс эту аналогию вслух - и зал замер, а потом взорвался овациями. Прозрачная вуаль стала символом непреодолимой пропасти между буквальным значением и сокровенной дрожью подлинника, где в каждом утраченном оттенке гаснет искра авторского волшебства.
Позже ко мне подошли коллеги: восточник благодарил за точное выражение его вечной тоски по нюансам, а переводчик Шекспира на французский вздохнул, признав вечную невозможность передать музыку ямба. Так родилась фраза, облетевшая салоны: она не обвинение, а горькая дань уважения к поэтической материи, чьё живое биение смягчает любой чужеродный язык. Ведь вуаль оставляет лишь контур совершенства, как законсервированную бабочку - форма есть, а полёта не вернуть.