Когда-то считали, что только сахарный тростник дает сахар, а теперь его добывают почти отовсюду. То же самое и с поэзией: будем извлекать ее откуда бы то ни было, ибо она во всем и везде. Нет атома материи, который не содержал бы поэзии.

Универсальность поэзии в материальном мире

Как родилась мысль о поэзии в каждом атоме

Сижу однажды в крохотном кафе на берегу Сены, перечитывая статьи о научных открытиях, и вдруг натыкаюсь на заметку о свекловичном сахаре. Пишут, что теперь сладость добывают не только из тростника, а буквально из чего угодно — даже из древесных опилок. Это поражает мое воображение. Ведь мы смотрим на мир через призму привычек: сахар — значит тростник, поэзия — значит стихи. Но что, если все не так? Я начинаю всматриваться в шероховатость глиняной кружки, в трепещущую тень от листвы за окном, в усталый жест уличного торговца. И внезапно меня озаряет: раз технологический прогресс научил нас находить сахар везде, то почему бы не научиться видеть поэзию повсюду? Она же растворена в самой материи — в апломбе яблока, падающего с ветки, в ритме дождя по крыше, в памяти старой скамьи. Каждый атом несет в себе искру прекрасного, нужно лишь разглядеть ее. Так обыденное наблюдение о сахаре превратилось в философию: поэзия не принадлежит книгам, она — язык существования.