Быть подлинно здравомыслящим уже означает много знать.

Взаимосвязь здравомыслия и знаний

Искра просветления в парижском салоне

Я сидел в полутемном кабинете маркиза де Вовенарга, наблюдая, как отсветы камина танцуют на позолоченных корешках книг. Шел 1743 год, Париж бурлил псевдофилософскими спорами. Вдруг маркиз отложил трактат Монтеня и произнес: «Знаете, сегодня ко мне пришел молодой поэт, умничавший о государственном устройстве. Блестящая риторика! Но когда я спросил его о законах Солона — он растерялся». Вовенарг встал, его тень гигантски распласталась по стене. «Так родилась моя мысль: быть подлинно здравомыслящим уже означает много знать. Без фундамента знаний даже самый яркий ум строит воздушные замки. Видимость разумности — вот бич нашего века!» Я видел, как горят его глаза: в этом прозрении соединились его наблюдения за придворными софистами и античная мудрость.

Позже, работая над «Введением в познание человеческого разума», Вовенарг развивал эту идею. Он часто повторял мне, что видел слишком много «остроумных невежд», чьи суждения, лишенные фактологической основы, приводили к фатальным ошибкам в политике и жизни. «Здравомыслие — не врожденный дар, — говорил он, разминая суставы пальцев после многочасового письма, — это сад, взращенный на почве знаний. Нельзя судить о качестве винограда, не зная, как растет лоза». Его афоризм стал камнем преткновения в философских диспутах — и щитом против модного скептицизма, отрицавшего ценность системного познания.