Никогда двадцать огромных томов не сделают революции, ее сделают маленькие карманные книжки в двадцать су.

Доступность идеи как сила перемен

Когда гроши сильнее томов: Записки философа.

Сижу я в кабинете, обложенный своими трудами — двумя десятками увесистых томов. Семьи не прокормить! Вот эти книги, мысли, пассажи рассчитаны на учёных мужей да богатых ценителей. Крестьянская посевная стоит больше, чем один такой переплёт. Как эта роскошь изменит тяготы жизни? Толпы держат мотыги, не скребницы для пыльных библиотек. И в Париже, и в деревне нужен короткий пульс идеи. Один шарманщик продавал тут листовки с песнями про свободу — по двадцать су, цена десятка яиц. Памятка для неграмотных, которая оказалась кухней волнений! Так и осенило: толстые книги собирают пыль в кабинетах. А революции делает именно знание, быстрое и простое, помещающееся в карман податного горожанина. Как ураганный ветер, не тяжесть гирь, способен вырвать с корнями дубы старого мира.