Писатель, который пишет из желания быть в согласии с народом, и писатель, который пишет из желания быть в согласии с истиной - знаешь ли ты, в чем разница между обоими? Первый - плод финика, а второЙ - его косточка. Кушай себе плод на здоровье, но помни, что косточка, которую ты кидаешь прочь, пробивает землю и скрывается под почвой на некоторое время; потом Бог пошлет ей облако, оно прольет влагу и оживит ее после смерти. Она покажется наружу, вырастет, тень от нее увеличится, а плоды от нее будут есть и твои потомки, и внуки, и их дети.

Вечное против сиюминутного в творчестве

Рождение притчи под финиковой пальмой

В тот день жара стелилась над Бейрутом, а я, укрывшись под раскидистой финиковой пальмой, размышлял о сути писательского дара. К моим ногам упал спелый плод, сорвавшийся с ветки, и рядом присел мальчуган-торговец, жадно вгрызаясь в мякоть. «Почему одни книги исчезают, как шелк на ветру, а другие читают даже наши правнуки?» — вдруг спросил он, выплевывая косточку. Вопрос повис в воздухе, точно пыль в полуденном свете. Я наблюдал, как ребёнок бездумно швырнул твёрдое семя в землю, и тогда всё сложилось: мгновенное наслаждение сладкой плотью и терпеливая сила жизни, сокрытая в невзрачной сердцевине.

Образы ожили передо мной: толпа рукоплещет тем, кто говорит её языком, но забудет их, как съеденный финик. А тот, кто пишет вопреки, чьи слова как брошенные косточки кажутся мёртвыми — глубоко укоренится во времени. В его молчании, в этой подземной темноте вызревает древо правды, что ждёт своего часа. Я рассказал мальчику: «Облака придут, дожди пробудят семя — и те, кто сейчас смеётся над косточкой, сами не попробуют плода. Но их дети будут пить тень этого дерева». Так родилась притча, осветившая мою главную истину: настоящее творчество — всегда поступок веры в невидимое завтра.