Государство, заранее знающее даты смерти своих граждан, может вести в высшей степени плановое хозяйство.

Тотальный контроль государства над обществом через плановую экономику

Как в польской очереди родился афоризм о плановой экономике

Я сидел в варшавском учреждении в 1950-х, когда ко мне подошёл чиновник с перечнем личных вопросов. Его последний запрос поверг меня в ступор: «Уточните планируемую длительность жизни для заполнения формы номер семь». Меня осенило: для идеальной плановой экономики этого мало. Если бы государство точно знало, когда каждый умрёт, оно могло расчитать всё — от количества хлеба до гробов. Урны крематория заполнялись бы без перебоев, пенсионные фонды не имели дефицита. Записку с этой мыслью я набросал прямо в коридоре под гул канцелярских машин. Абсурд превратил бюрократический кошмар в остроту, обнажив извращённую логику системы, где человеческая жизнь — лишь цифра в отчёте. Эта ирония висела в воздухе Польши, где плановое хозяйство боролось с самой непредсказуемой переменной — смертью.