Философу свойственно испытывать изумление. Оно и есть начало философии.

Зарождение философии

Рождение мысли под оливами Афин

Я сидел со своими учениками в тени оливы, когда молодой Аристон спросил меня с раздражением: «Учитель, почему ответить на твои вопросы труднее, чем понять звездный небосвод?» Его щеки горели – он злился, что не смог объяснить, почему лист падает на землю, а дым поднимается вверх. Я улыбнулся и вспомнил семилетнего себя на этом же холме. Тогда я, задрав голову, впервые задумался: почему луна не падет на Акрополь? Необъяснимый трепет охватил мое детское сердце. Это и было то самое изумление – чувство невозможности принять мир как данность. Именно оно заставило меня искать объяснения.

Теперь я сказал Аристону: «Твоя досада – лучший спутник мудрости. Философия рождается не из готовых ответов, а из дерзости вопрошания к миру. Когда ты перестаешь воспринимать вещи как нечто само собой разумеющееся – как ты сделал, заметив полет листьев, – ты ступаешь на путь философа». Лицо юноши постепенно прояснилось, а в глазах вспыхнул тот самый священный огонь изумления, который как факел освещает дорогу к вечным истинам – дорогу, что не имеет конца.