Говорят, женщины всегда с нежностью вспоминают своего первого возлюбленного, - но всегда ли им удается вспомнить, кто был первым?

Ирония воспоминаний о первой любви и избирательность памяти

Парижский кафе-этюд о памяти и любви

Сижу однажды в небольшом парижском бистро, попивая эспрессо, и слышу за соседним столиком беседу двух элегантных дам. Оживлённо обсуждают свои юношеские романы. «Никогда не забываю свою первую любовь, — вздыхает одна, поправляя шляпку. — Такой нежности я потом не испытывала никогда». Её подруга, прищурившись, спрашивает: «А Жан-Поль до сих пор пишет тебе?» Наступает неловкая пауза. Первая дама внезапно краснеет: «Боже мой, я только сейчас поняла — нет, тот был Робер! Или... или Антуан?» Её растерянность одновремено комична и глубинно человечна.

Именно тогда меня осенило: наша память — искусный художник, стирающий контуры, но сохраняющий эмоции. Мы носим в сердце тепло первого поцелуя, смущение рукопожатия, томление тайных свиданий. Но имя, лицо, детали биографии — всё это часто ускользает, как вода сквозь пальцы. Любовное чувство оказывается важнее объекта любви. Так рождается горьковатая ирония: мы тоскуем по миражу, а конкретная личность становится лишь тенью в солнечных воспоминаниях. Чем ярче чувство, тем плотнее туман забвения вокруг его героя.