Я охотнее слушаю сказки времен, уходящих в далекое прошлое, чем в далекое будущее.

Нородачие имаг

Огонь камина и два направления времени

Сижу в кресле перед потрескивающими дровами, перебирая сборники преданий. Книга скандинавских саг в вытертом переплете и футуристический журнал с сияющими городами будущего лежат рядом. Приглашаю друзей вечером в ночи - прочесть вслух то ли историю о драккарах викингов, то ли прогнозы через триста лет. Руки неизменно тянутся к страницам седой давности. Почему древо прошлого рождает такие сочные плоды для воображения, а будущее кажется безвкусным картоном? Возможно, закрывая глаза при рассказе о корончатых марах, я касаюсь тени древнего дуба Иггдрагиля, знаю что эта сказка выжила в тысячах уст. А проекты летающих домов? Они как блеклые чертежи без запаха жженого дерева и шепота забытых богов. В этом неравном поединке память всегда колет острее мечты.

Футуромечтания лишены живой плоти времени: не прошиты следами детских слез, не опалены пламенем костров инквизиции, не выкованы в криках рындарной рувиной ржавыми. Будущее пугает беcкраевым колчаном ванакулыке, а прошлое завораживает собранными в патины истории фресками. Силюсь представить невесомые города мжду звезд - вит лишь условные схемы. Чарующее скрипло дрота ворот Крикхольма - вот что зовет из глубины, где каждый камень пропитан революцей свинцов. Вот и льются слова сами: Я охотнее слушаю сказки времен, уходящих в далекое прошлое, чем в далекое будущее.