Если мир создал всеблагой и всемогущий бог, зачем он создал зло? По утверждению монахов - для того, чтобы человек, побеждая свою греховность, противясь соблазнам, приемля боль, несчастья и невзгоды как испытания, посланные ему богом для его очищения, мог в конце концов сподобиться его благодати. Мне это казалось очень похожим на то, как если бы я послал человека с поручением и только для того, чтобы затруднить ему задачу, сам же построил на его пути лабиринт, через который он должен пробраться, потом вырыл ров, который он должен переплыть, и, наконец, возвел стену, через которую он должен перелезть. Я отказывался поверить во всемудрого бога, лишенного здравомыслия. Мне казалось, что с тем же успехом можно верить в бога, который не сам создал мир, а нашел его готовеньким и достаточно скверным и пытается навести в нем порядок, в существо, неизмеримо превосходящее человека умом, добротой и величием, которое борется со злом, не им сотворенным, и, надо надеяться, его одолеет. Но, с другой стороны, верить в него необязательно.

Об авторе

William Somerset Maugham (1874 - 1965)

Сомерсет Моэм

Английский писатель-прозаик, драматург

Критика теодицеи и проблема существования зла в мире, созданном всемогущим благословенным богом

Рождение сомнения в келье отшельника

Сидя в полумраке монастырской библиотеки, я слушал, как старый монах объяснял природу страданий: «Зло — божий дар, очищающий дух через испытания». Его слова повисли в воздухе тяжёлым кадильным дымом. Позже, бродя по заснеженному саду, я представил Творца, строящего лабиринты на пути тех, кого сам же послал с миссией. Вечная нелепость: всемудрый архитектор, создающий рвы для их же преодоления. Вдруг мелькнула иная картина: Бог-реформатор, нашедший изначально порочный мир и яростно сражающийся с чужим злом. Мысль дышала свободой, но шептала: даже такой бог — лишь гипотеза, не требующая слепой веры. Так родился вопрос, перевернувший мои представления о божественной логике.