Чем меньше у человека причин дорожить существованием, тем крепче он за него цепляется, не подозревая даже, что такое пресыщение и тоска.

Парадоксальное усиление хватки за жизнь при отсутствии значимых оснований для её ценности

Прогулка, раскрывшая человеческую загадку

Помню, как холодным утром в Базеле я увидел старика-нищего, свернувшегося у городских ворот. Его одежда висела лохмотьями, глаза потухли, а в руке он сжимал черствый хлеб со смертельной хваткой утопающего. Этот образ не отпускал меня неделями. Позднее, беседуя со знакомым купцом, погрязшим в долгах и утратившим семью, я заметил то же отчаянное цепляние за тень бытия. Казалось бы, что удерживает этих людей, чьё существование лишено света и смысла? Они не знали пресыщения от изобилия, не ведали спокойной усталости процветания — их жизнь была вековой зимой без весны.

Тогда мне открылась страшная непоследовательность нашего естества: словно путник в пустыне, теряющий надежду на оазис, человек издавна хватается за песок тем крепче, чем яснее понимает бесплодность пути. Этот парадокс стал основой моих размышлений. Я увидел, как страх пустоты может быть сильнее самого содержания жизни. Наша природа заставляет нас впиваться ногтями в края бездны, лишь чтобы не услышать эха её безмолвия — и в этом трагическая слепота, не позволяющая разжать руки и обрести покой.