Начинающего художника понимают лишь несколько человек. Знаменитого - еще меньше.

Ирония признания в творчестве

Эволюция непонимания

Я стою перед своей ранней работой, ещё пахнущей свежей краской, и вижу огонь в глазах трёх друзей в прокуренном парижском кафе. Они спорят о каждом мазке, их голоса дрожат от напряжения — эти безумцы чувствуют то же, что чувствовал я, создавая холст. Проходят годы. Теперь мои картины висят в Лувре, но на вернисажах ловлю лишь дежурное восхищение слив общества. «Гениально!» — говорит банкир, увидев размазанный профиль, но его глаза скользят к следующему каннскому красавцу. Внезапно осознаю: пять настоящих ценителей ранних лет значили больше, чем сегодняшний хор подпевал. Чем громче слава, тем тоньше слой понимающих — вот истинная плата за известность, о которой не пишут в газетах.

Иногда кажется: искусство рождается дважды — сначала в руках творца, потом в взглядах тех, кто его принимает. Первых союзников я помню поименно — они рассказывали о моих работах словами горячего шепота. Теперь картины оценивают аукционными молотками, а смыслы растворяются в эхе ударов. Так случилось, что именно в момент мирового признания пришло самое горькое откровение: мое творчество стало горой, которая чем выше становилась, тем больше отбрасывала тень на истинных ценителей.