Сатирическая эпитафия, высмеивающая прижизненное отсутствие духовности у человека
Я помню тот пасмурный день, когда мы собрались у свежей могилы Джона Смитера. Горожане перешептывались: «Чем же нам почтить его память?» Знатный купец при жизни вызывал смешанные чувства — роскошные пиры контрастировали с его скаредностью и чёрствостью. Когда староста попросил предложить текст для памятника, я не выдержал: «Напишем правду! Разве имел он когда-нибудь душу?» Мои тронутые крепким элем друзья подхватили идею, сочинив в тот вечер злые строчки: «Здесь Джон покоится в тиши, конечно, только тело...» Наутро мы ужаснулись дерзости, но камень уже высекали. Теперь всякий прохожий, читая эпитафию, понимает: смерть не скроет нравственной пустоты человека.
Годы спустя Маршак, услышав эту историю в провинциальной трактире, придал народной насмешке поэтическую форму. Так родилась горькая истина — отсутствие духовности становится явным лишь под гранитным камнем, когда добрые слова о покойном звучат фальшиво даже для самых учтивых соседей.