Изменчивая природа счастья
Я шёл тропинкой после мартовского дождя, наблюдая как первый настоящий снег года превращается в полосатые реликвии по обочинам. Безмолвная красота сложилась из мелочей: вдали поля сливались в сплошную белизну, но стоило приглядеться — и наст открывался намёками на шафранные прожилки соломы, бирюзовые тени деревьев, серый шёпот промёрзшей земли. Эта изменчивая гамма напомнила мне письмо от молодой женщины, рассказавшей о своём счастье — так непохожем на мои воспоминания.
Она писала о помолвке как о майском вихре, тогда как для меня настоящее счастье сверкнуло позже — в тихом полдень, когда я увидел розовеющее с чаёдо небо после долгой болезни... Эти мысли и раскрывали главное: счастье всегда неповторимо, как узоры апрельского инея. Подобно тому, как весна в дважды не повторит сочетание утренних туманов и капель, так и опыт нашей радости всегда включает и оттенки грусти, ожидания, удивления — поэтому каждая весна нова, а каждое счастье требует нового имени.