Чьи уши закрыты для правды и кто не в силах выслушать ее из уст друга, того не спасет уже ничто.

Пагубность отрицания истины

Рождение мудрости у римского фонтана

Я помню тот знойный день на Форуме, когда увидел Марка Эмилия — молодого сенатора, ослеплённого гордыней. Его друг Гай терпеливо втолковывал ему опасность нового закона, но Марк отвечал лишь презрительной усмешкой: «Ты слишком робок, чтобы понять мои замыслы!». Когда Гай ушёл, сражённый болью, ко мне подошёл Цицерон, наблюдавший эту сцену. Глаза философа горели: «Видишь ли ты трагедию? Правда, произнесённая другом — последний спасительный круг. Оттолкнёшь его — и море иллюзий поглотит навсегда».

Спустя месяц предсказание Гая сбылось: Марка осудили за безрассудный проект. Посетив его в тюрьме, я услышал леденящие душу слова: «Теперь я понимаю — дружеский упрёк был щитом. Но сам заглушил голос спасения». Цицерон, узнав об этом, произнёс ту самую фразу. Его голос дрожал от горечи: истина бессильна, если человек добровольно заковывает себя в броню высокомерия. Так слёзы павшего сенатора кристаллизовались в вечное предупреждение человечеству.