- Что такое оптимизм?
- Увы, сказал Кандид, это страсть утверждать, что все хорошо, когда в действительности все плохо.

Критика наивного оптимизма как самообмана перед лицом реальных страданий

Рождение язвительной истины в Париже 1759 года

Помню, как из-под моего пера выходил «Кандид» — едкая насмешка над слепым оптимизмом эпохи. Всё началось с Лиссабонского землетрясения 1755 года, где тысячи невинных погибли под руинами. Философы всё твердили: «Мы живём в наилучшем из миров», как учил Лейбниц. Но глядя на мертвых детей, я задавался вопросом: как можно воспевать гармонию среди такого ужаса? Именно тогда родился Кандид — мой наивный герой, которого жизнь била так жестоко, будто испытывала на прочность его веру в «всё к лучшему».

Однажды, описывая его скитания по разорённой войной деревне, я представил диалог: уставший Мартен, циничный спутник Кандида, спросил о сути оптимизма. И Кандид, с пустой котомкой и шрамами от плетей, выдавил эту фразу. Она родилась из боли, но стала фонарём во тьме — однако не света, а беспощадной ясности. Так простое «увы» превратилось в приговор иллюзиям, заставив читателей по всей Европе перестать утешаться сказками и взглянуть в лицо реальности.