Критика одностороннего изложения истины в религиозных текстах
Прогуливаясь по Лондону 1880-х, я наблюдал ожесточённые дебаты теологов у собора Святого Павла. Один студент в отчаянии воскликнул: «Нам вечно твердят о божественной истине, но где же доводы другой стороны?» Эта сцена заронила в моём сознании зерно сомнения. Ведь действительно — все канонические тексты, от Библии до Корана, написаны победившей стороной, святыми или пророками. Самые ярые обвинения против Люцифера исходят от его идеологических противников. Кто дал нам право судить, не выслушав защиты?
Ночью, перечитывая «Потерянный Рай» Мильтона, я осознал гениальную несправедливость: даже величайшие поэты, описывая падшего ангела, писали с позиции божественной правоты. Так родилась еретическая мысль — а что если сатана вовсе не воплощение зла, а жертва исторического нарратива? Мой парадокс не отрицал Бога, но требовал интеллектуальной честности. За чашкой кофе в предрассветных сумерках перо вывело на бумаге: «В оправдание дьявола следует сказать...» — фразу, ставшую вызовом монополии на истину.