Чем бесспорнее изречение, тем больше опасность, что оно станет общим местом.

Риск языковой девальвации: как общепризнанные истины превращаются в избитые банальности

Салонное прозрение Вовенарга

Однажды в парижском салоне восемнадцатого века я наблюдал, как дама с театральным вздохом произнесла: «Любовь правит миром». Гости дружно закивали, но их глаза остались пустыми — фраза звучала как декоративный фон. Именно тогда меня озарило: мы превращаем непреложные истины в монеты, стёртые тысячами рук. Я размышлял о поговорках, что на устах у каждого торговца: «Время — деньги» или «Человек смертен». Они безупречны, как мраморные плиты, но ежедневное топтание лишает их блеска и ценности. Глубина тает под тяжестью собственной понятности, и рождается феномен: подлинная мудрость, одетая в рубища тривиальности.

Мои опыты в светских беседах лишь подтвердили догадку. Когда я намеренно вплетал вечные аксиомы в спор — о тщете славы или силе разума — слушатели мгновенно теряли интерес. Эти жемчужины тонули в океане привычки. Запомните, как истина путешествует: рождённая в муках мысли, она восхищает; вознесённая на щит, становится лозунгом; а погребённая под грузом повторений — превращается в обеденный столовый прибор, тусклый и функциональный. Вывод неумолим: чем совершеннее формула, тем легче ей умереть от собственной победы.