Я давно заметил, что все стремятся во всем обвинить меня. Очевидно, они думают, что чувство вины меня украшает.

Восприятие несправедливых обвинений как психологической манипуляции

История одного сарказма: как Черчилль «блистал» под градом обвинений

Помню один душный вечер в Палате общин 1953 года, когда оппозиция обрушила на мою голову шквал негодования: в чудовищных провалах экономики, спасении империи апельсинов даже проливном дожде в Ланкашире неискушенные умом коллеги, конечно же, усматривали мою злую волю. Словно в забытой трагедии Софокла, весь мир предлагал избрать меня козлом отпущения. Чем дольше я хранил молчание, тем ярче разгорались их обвинения — так художник украшает холст мазками гнева.

Именно тогда ко мне пришло озарение: этим людям не нужна правда. Они ткут паутину вины с гордостью портного, шьющего парадный мундир. Уверен, какой-то светский остроумец шепнул им на ухо, будто тяжесть ответственности — орден за храбрость. Так родилась моя горечь, выкованная в насмешку: «Очевидно, они думают, что чувство вины меня украшает». Пусть вешают на меня все грехи мира — соглашаясь носить этот воображаемый орден, я лишь напомню им: попытка уязвить сильного делает слабыми именно обвинителей.