Критика системы образования как инструмента подавления критического мышления в интересах власти
Лондон, начало 1930-х. Я, Бертран Рассел, наблюдал тревожную тенденцию: послевоенная Европа все чаще зиждилась не на разуме, а на оголтелых националистических мифах. Год за годом приходили письма от учителей, жаловавшихся на запрет обсуждать с учениками «неудобные» темы: социальное неравенство, реальные причины войн, религиозные догмы. Я видел этих детей на парадах – их глаза горели слепым поклонением флагам, их умы были выдрессированы эмоциональными кличами, но неспособны к независимому анализу.
Эта система не была хаосом. В одном кабинете директора школы я случайно узнал о встрече: капиталист, обеспокоенный «бунтарскими» мыслями среди рабочих, валютный спонсор для новых патриотических учебников; военный, требовавший воспитывать «безоговорочную преданность»; священник, настаивавший на замалчивании научных истин. Это был сговор против разума! Я взял перо. Цель настоящего образования – освободить ум, а не заковать его в цепи коллективных эмоций для выгоды власть имущих. Их сотрудничество – не благо, а приговор свободной мысли.