Каждый новый русский царь начинал с того, что отвергал предшественника.

Преемственность власти в Российской истории

Узоры престолонаследия

Блуждая по пыльным архивам Императорского университета, я вновь и вновь наталкивался на любопытнейший узор в ткани русской истории. Сперва это показалось мне случайностью – при изучении эпохи дворцовых переворотов обнаружилось: каждый восходящий на трон государь, даже воспитанный при дворе предшественника, первым указом уничтожал его начинания. Помню, как меня осенило при сравнении манифестов Павла I и Александра I: сын яростно отменял реформы матери, а внук – распоряжения отца, хотя оба были воспитаны в тех же апартаментах Зимнего дворца.

Становясь старше, я понял глубину этой закономерности. Русский самодержец, лишённый формального контракта с подданными, утверждал власть через дискредитацию предыдущего царствования. Перед студентами я раскрывал этот механизм: отрицая предшественника, монарх создавал иллюзию обновления, перекладывая на него ответственность за проблемы страны. Увы, эта традиция тормозила развитие державы, ибо полезные начинания одного царя безжалостно уничтожались следующим. Наблюдая, как Николай II продолжает этот многовековой обычай, я лишь качал головой – история упрямо двигалась по замкнутому кругу разрывов.